«Нe былo бoльшe длинныx oчeрeдeй, стoящиe в кoтoрыx нaдeялись купить любую eду, кoтoрaя тoлькo eщё oстaвaлaсь в нaличии, — вспoминaeт aвтoр. Вмeстe с тeм oн признaёт, чтo прoвoдившaяся в стрaнe пoлитикa привaтизaции oбeрнулaсь кaтaстрoфoй.  
«Я нe экспeрт пo Рoссии. Я нe гoвoрю и не читаю по-русски. И с их обширными запасами природных ресурсов, с их образованной рабочей силой и с их крайней изобретательностью — они справляются», — пишет Огилви. Первый — стратегия импортозамещения работает. Но с 1980 года я состоял в небольшой группе, которая занималась тем, что мы называем гражданской дипломатией», — рассказывает Огилви в своей статье в журнале Global Affairs. Немного. «Единицы, которых потом прозвали олигархами, сконцентрировали в своих руках несметные богатства, пока обычный народ смотрел, как пенсии уносит штормовыми порывами инфляции». Второй уровень — контакты между населениями двух стран: банкиры встречаются с банкирами, учителя говорят с учителями и т.д. Аналитик Stratfor Джей Огилви с 1983 года неоднократно посещал СССР и Россию. Особенно его впечатлило московское метро, о котором он сказал: «Теперь я знаю разницу между коммунизмом и капитализмом. Своими впечатлениями он поделился в журнале Global Affairs. «Мы с Павлом вместе ждали самолёта в Париж, и он убедил меня в том, что о надежде говорить пока рано. Если до недавних пор казалось, что китайский подход, заключающийся в проведении экономических реформ до политических, давал лучший результат, то теперь Огилви приходит к заключению, что русские «идут своим путём» и, как показалось этому обозревателю, «добиваются выдающихся результатов». Ещё он отметил разделение российской экономики на два больших сектора: добывающий и потребительский.  
Третья поездка, которая состоялась в 1991 году, запомнилась американцу тем, что в России появились супермаркеты.  
Благодаря последней поездке он сделал два вывода. Абсолютно нет.  
В следующий раз Огилви оказался в России только в 2005 году.  
Вторую поездку аналитик совершил уже в 1986 году. Реализуя эту стратегию, Огилви несколько раз посетил Советский Союз. Собирается ли она завоёвывать Запад?  
Наконец, Огилви переходит к обзору своей последней поездки: «Страдает ли Россия от санкций?  
Во время своего первого визита, в 1983 году, когда Огилви посетил Москву и Тбилиси, он был очарован «гостеприимством, сияющим сквозь невзрачность». Не меньшее впечатление на Огилви произвела служба в одной из православных церквей в Тбилиси — «хотя до тех пор я много слышал о безбожности коммунистов». «Санкции заставляют Россию перевести потребительский сектор экономики на импортозамещение — это именно то, что стране было необходимо, и это именно то, с чем были проблемы до санкций. Огилви даже хотел написать об этом статью с заголовком «Из России с надеждой», но его отговорил Павел Познер — брат телеведущего Владимира Познера.  
Второй вывод касается сравнения путей развития России и Китая. По задумке, это должно способствовать установлению атмосферы доверия и снижать напряжённость в отношениях между СССР и США. Из четвёртой поездки запомнились многочисленные заявления вроде «мы никогда не вернёмся к старым порядкам», «мы принимаем принципы свободы, капитализма и демократии», но «мы сделаем это по-своему». — Приватизация принесла потребительские товары на полки, которые ещё недавно пустовали». В ситуации, когда возможность импортировать потребительские товары ограничена, они учатся производить собственные. «Идут своим путём»: аналитик Stratfor рассказал об изменениях в России за 30 лет. Первый уровень — это, собственно, традиционная дипломатия: переговоры, меморандумы, ноты, соглашения, визиты официальных лиц. Примерно в то же время в американской дипломатии появился термин two track diplomacy, что можно перевести как «двухполосная» или «двухуровневая дипломатия». Причём последний, по его словам, был слабо развит. Их позы, их походки, их глаза, их одежда!»
 
И не только в Москве — впечатление на автора произвёл также и Екатеринбург, где он посетил, в частности, «Президентский центр Бориса Ельцина». В капиталистических странах мы отделываем мрамором банки, а здесь вы кладёте мрамор в метро». Огилви вспоминает, как менялась страна на протяжении последних десятилетий, и приходит к неожиданному для западной прессы выводу о том пути развития, который выбрала Россия. Наоборот — я видел веселье, я видел богатство. Я видел на улицах людей, свободных во всём, способных на самовыражение. Но он был не прав», — вспоминает автор материала. Тогда он застал первые признаки гласности и перестройки в СССР.

Комментарии запрещены.

Навигация по записям